Издательский дом «Медина»
Поиск rss Написать нам
Главная » Материалы форумов и конференций
Пятый всероссийский мусульманский форум.Д. В. Мухетдинов
11.11.2011

Д. В. Мухетдинов

ректор Нижегородского исламского института им. Х. Фаизханова,
доцент ННГУ им. Н. И. Лобачевского,

кандидат политических наук

 

Современное медресе для современной уммы

Система исламского профессионального религиозного образования в России в новейшей ее истории ведет отсчет от 1989 года, когда в Уфе под руководством муфтия, шейха Талгата Таджуддина было открыто медресе им. Р. Фахретдина. Таким образом, в этом году наша система образования, можно считать, разменяла третий десяток.

Собственно, само становление исламского образования в России началось с вопроса подготовки имамов как первого и обязательного условия сохранения религиозного культа. В данной статье мы поведем речь именно об этом сегменте образования — т. е. о медресе 1.

Общая структура и характеристики системы среднего профессионального исламского религиозного образования в России

Что было достигнуто и какой опыт накоплен за эти годы? Начнем с цифр. Сегодня мы имеем более 20 лицензированных медресе на территории европейской части России. 8 из них находятся в Татарстане (два высших медресе — «Мухаммадия» и медресе им. 1000 летия принятия Ислама, Казанский исламский колледж находятся в Казани, а также «Ак мечеть» в Набережных Челнах, «Рисаля» в Нижнекамске, медресе им. Ризаэтдина Фахретдина в Альметьевске, Буинское медресе, Нурлатское медресе, медресе «Фанис» в Ютазинском районе РТ), 7 представляют собой филиалы Российского исламского университета Центрального духовного управления мусульман (в городах: Астрахань — «Хаджи-Тархан», Ульяновск — «Биляр», Самара — «Нур», Оренбург — «Хусаиния», Октябрьск — «Нурул-Ислам», Батыревский район, деревня Шыгырданы Чувашии — «Гулистан»). 3 медресе функционируют в юрисдикции Духовное управление мусульман Республики Башкортостан (Медресе им. М. Султановой и «Галия» в Уфе, «Нур аль-Иман» в Стерлитамаке), по одному — Духовное управление мусульман Европейской части России (Московский высший духовный Исламский колледж), Духовное управление мусульман Саратовской области («Шейх Саид» в Саратове), Духовное управление мусульман Нижегородской области (НИМ «Махинур» в Нижнем Новгороде). Ни одного медресе нет на Урале и в Сибири. Количество медресе в республиках Северного Кавказа исчисляется сотнями (в одном только Дагестане их более сотни) 2.

В 1990 х процесс учреждения медресе шел очень бурно, качественная составляющая — материальная база, преподавательский состав, учебно-методические материалы — не поспевали за этим процессом. Как результат — в часть медресе проникли радикальные проповедники, вербовщики призывавшие сражаться против неверных. Это привело к закрытию таких медресе, как «Расул Акрам» в Москве, «Аль-Фатх» в Ижевске, «Йолдыз» в Набережных Челнах, «Аль-Фуркан» в Бугуруслане. В Набережных Челнах на основе множества медресе — «Юлдуз», «Танзиля», «Ихлас», «Нурутдин», «Иман» — было создано медресе «Ак мечеть», а Альметьевское медресе им. Р. Фахретдина было образовано на базе Исламского института имени Р. Фахретдинова и Азнакаевского медресе 3. Коррекция количества медресе в сторону уменьшения происходила и на Северном Кавказе. Так, в 2000 году в республике действовало 136 медресе, к 2003 году их было 131, а в 2008 году, по данным председателя Комитета правительства РД по делам религий А. Магомедова, их было уже 116 4.

Условно процесс создания медресе в современной России можно поделить на два периода: 1) начало и середина 1990 х; 2) 2003–2007 годы. Первая очередь медресе открывалась, как принято говорить, на голом энтузиазме, не имея помещений, в условиях нехватки преподавателей. Была потребность быстро утолить сильнейший кадровый голод и огромный запрос населения на духовное знание. К этой группе первопроходцев относятся медресе «Ак мечеть» (точнее его предшественники) — 1992 год, «Мухаммадия», Медресе им. 1000 летия принятия Ислама — 1993 год, НИМ «Махинур», Московский высший исламский духовный колледж — 1994 год, Нурлатское медресе и медресе «Рисаля» — 1996, медресе им. М. Султановой — 1997 год, Альметьевское медресе — 1998 год.

Это был период первоначального накопления опыта, первых ошибок и первых результатов, после чего мы наблюдаем вторую очередь бурного роста медресе, что было связано скорее с внутренними проблемами уммы. Центральное духовное управление мусульман сделало ставку на развитие образовательного консорциума, включающего сеть медресе в регионах и объединяемого Российским исламским университетом в Уфе. Открылись «Нур» в Саратове, «Биляр» в Ульяновске, «Гулистан» в Чувашии и другие. Кроме того, работавшие на тот момент медресе не покрывали потребность региональных местных религиозных организаций в кадрах, а те, что имелись, не всегда удовлетворяли по своим идейным предпочтениям. Появилось осознание того, что гораздо эффективнее обучать имамов у себя в регионе, где есть возможность и отбора, и отсева, и тщательной воспитательной работы с каждым из студентов. Появились Казанский исламский колледж (2003), медресе «Шейх Саид» (2006), «Фанис» (2007).

Медресе осуществляют образовательную деятельность по дневной, вечерней и заочной формам, причем, как правило, одно и то же медресе ведет работу по всем трем направлениям, которые имеют каждый свою специфику. Исключение составляет тандем медресе им. М. Султановой и «Галия» в Уфе. В этом случае два медресе располагаются в одном здании, одно из них ведет обучение по дневное, второе — по заочной формам 5.

На вечерней и заочной формах студентов в несколько раз больше, чем на дневной, так как на этих отделениях обучаются кроме молодежи и представители среднего и старшего поколения, желающие глубже постичь религиозные науки. Приведу в пример медресе «Ак мечеть» в Набережных Челнах. Совсем недавно количество студентов дневного отделения было менее 10, а вечерников и заочников — более ста. Или медресе «Шейх Саид» в Саратове. В 2008/09 учебном году там обучались 160 студентов, из которых 10 человек на очной, 30 — на заочной, 120 — на вечерней формах обучения.

В данное время на европейской части России нет женских медресе, в то же время ряд медресе проводит набор на учебу на дневном отделении и юношей и девушек, при том, что процесс обучения происходит раздельно. Такими учебными заведениями являются: медресе «Мухаммадия» в Казани, медресе «Фанис» в Ютазинском районе Татарстана, медресе им. Р. Фахретдина в Альметьевске и медресе «Нур аль-Иман» в Стрелитамаке. Но на заочную и вечернюю формы обучения женщины имеют возможность поступать во все медресе.

Медресе выдают дипломы по специальностям: «имам-хатыб», «преподаватель исламских наук», «мугаллим», «переводчик с арабского языка», «преподаватель арабского языка и исламского этикета», «преподаватель религиозных наук». Каждое медресе само формулирует название специальности по своему усмотрению, неизменной является только «имам-хатыб». Девушки обучаются по специальностям: «воспитатель-наставница» «учитель и переводчик арабского языка», «преподаватель арабского языка и исламского этикета». Срок обучения варьируется от двух до пяти лет. В региональных духовных управлениях принята даже некоторая унификация. К примеру, в Татарстане два высших медресе имеют срок обучения по пять лет, а средние медресе — три года. Все три медресе, работающие при Духовном управлении мусульман Башкортостана, обучают будущих имамов по четыре года.

Что до материально-технической базы, хвала Аллаху, практически все медресе имеют собственные здании и общежития. В медресе, где на дневной форме обучаются и девушки, имеются и отдельные женские учебные корпусы с общежитием. Учебные заведения имеют свои библиотеки, некоторые — компьютерные классы с выходом в интернет. Хотя обеспеченность учебной и общеразвивающей литературой для многих медресе все еще крайне неудовлетворительна. Как сообщил доцент РИУ (Казань) Камиль Насибуллов, на совещании по реализации Плана мероприятий по подготовке специалистов с углубленным изучением истории и культуры Ислама в 2009 году 19 мая 2009 года в Казани, по итогам проведенного им исследования, 22,6% шакирдов и 15,4% преподавателей медресе считают обеспеченность библиотек медресе удовлетворительной, другие же отмечают острую нехватку учебной литературы.

Во всех учебных заведениях обучение ведется бесплатно, кроме того, шакирды проживают бесплатно и получают бесплатное трехразовое питание. Шакирдов дневных отделений медресе в одном только Татарстане 250–300 человек, которые в течение 10 месяцев в году находятся практически на полном обеспечении учебного заведения, т. е. уммы, ведь медресе живут за счет пожертвований и самих студентов, и меценатов. Если вдуматься, это колоссальные финансовые средства, которые умма тратит на обеспечение себя грамотными имамами (здесь еще не учтены студенты исламских вузов, которые также повсеместно находятся на полном пансионе в своих учебных заведениях).

Но при таких колоссальных затратах, даже не в денежном исчислении, а в измерении положенной энергии и проделанной организационной и административной работы, какой результат мы имеем на выходе? На первый курс поступает несколько десятков абитуриентов. К примеру, в этом году в Казанском высшем медресе «Мухаммадия» поступило по 30 девушек и юношей. Итого 60 человек. Если по итогам пятилетнего обучения до защиты дипломных работ дойдет хотя бы половина — это уже огромное достижение. В той же Казани в медресе им. 1000 летия принятия Ислама в 2009 году диплом получили лишь 15 человек с дневной формы обучения 6.

Большой отсев студентов медресе имеет несколько причин — объективных и субъективных. Надо смотреть правде в глаза — учиться в медресе изначально идет не самая успешная молодежь. Среди абитуриентов есть молодые люди, которые идут в медресе осознанно, с целью посвятить себя служению Исламу или как минимум получить глубокие религиозные знания для личного духовного роста. Но есть и другая категория абитуриентов — те, которые не сумели поступить в другие вузы, но не желают возвращаться в свои родные деревни или небольшие города, ведь вступительные испытания в медресе проходят позже аналогичных в светские вузы 7.

Так в медресе попадают случайные люди. Сейчас ряд учебных заведений ввел механизм против «случайных персонажей» в медресе — вступительные испытания проходят в форме недельного лагеря. Абитуриенты неделю-две живут в общежитии медресе, учатся, в это время с ними активно знакомятся преподаватели медресе. Абитуриента проверяют не только на наличие знаний, но и на мотивацию, личностные и нравственные качества. И тем не менее наличие не сильно мотивированных на успешное окончание учебы студентов, во первых, а по окончании медресе их нежелание работать по профессии, во вторых, делает КПД деятельности медресе (и исламских университетов) довольно низким 8.

Вот что говорит проректор медресе «Мухаммадия» Зульфат Габдуллин в интервью в апреле 2009 года учебного года: «Выпускники нашего учебного заведения работают в разных отраслях. Мы не ориентируемся на то, чтобы они становились только духовными лицами, работали в мечетях и в медресе. Наша цель — создать условия, чтобы мусульманин-ребенок вырос и стал мусульманином-банкиром, мусульманином-врачом, мусульманином-политиком. Чувство подотчетности перед Аллахом постоянно будет в его сознании, он никогда не будет вести себя легкомысленно и безответственно» 9.

В то же время руководители Духовных управлений мусульман бьют тревогу: имамов не хватает. В интервью муфтия Татарстана республиканским СМИ по случаю священного месяца Рамадан, в частности, Гусман-хазрат Исхаков говорит: «Сегодня это в какое-то соревнование между богачами превратилось: кто больше построит. В итоге в одной деревне на 15 домов по 3–4 мечети стоят! Зачем их столько? Всего в Татарстане сегодня более 1300 мечетей, в последнюю неделю перед Рамаданом мы присутствовали на открытии еще шести. В среднем каждые десять дней в Татарстане открывается одна мечеть. Но где взять столько имамов? Мы ощущаем серьезную нехватку кадров» 10.

Накануне Рамадана интервью местной газете дал и муфтий Челябинской и Курганской областей Ренат Раев: «На 150 приходов человек восемь образованных. Нехватка кадров острая» 11. В том же интервью муфтий Раев проводит такую параллель — нет в области своего медресе, поэтому ощущается нехватка кадров. В связи с этим другой пример — соседний с Челябинским регион — Оренбургский. Там работает медресе «Хусаиния». Его ректор Альфит Шарипов еще в мае 2007 года заявлял, что в Оренбургских мечетях 60–70 процентов священнослужителей являются выпускниками именно «Хусаинии».

Но «Хусаиния» — это счастливое исключение, в основном же ректоры сетуют на то, что выпускники не хотят трудоустраиваться по профессии, так как работой имама семью не прокормишь. Получается парадоксальная ситуация — кадров не хватает, а дипломированные имамы на работу в мечеть не идут из-за отсутствия достаточной для проживания зарплаты. То есть содержать шакирдов на протяжении нескольких лет в медресе нашей умме под силу, а содержать имама — нет.

Проблему отсутствия у имама мечети средств к существованию медресе пытаются решить через второе специальное образование. Наши медресе вместе с дипломом имама выдают выпускнику и дипломы пчеловода, шофера, слесаря, оператора ЭВМ. Но нужны ли умме имамы-слесари? Без тени пренебрежения к рабочим профессиям мы все-таки должны констатировать: наш народ психологически не готов к восприятию такого имама, так как веками в нас заложено понятие о том, что служитель религии — это просвещенный человек, интеллигенция. Да, собственно говоря, практика религиозно-рабочей квалификации и без того не оправдывает себя.

При изучении специфики работы медресе в нашей стране не может не броситься в глаза и следующий факт — по ту сторону Урала нет у нас ни одного исламского учебного заведения. Действовало медресе в Ембаеве Тюменской области, но оно утратило лицензию и сейчас работает над вопросом получения новой. За неимением своих имамов к этой работе приглашаются выходцы из Средней Азии.

Перспективы и пути развития среднего религиозного образования

Еще в начале 2000 х мы выступали с предложением кардинально уменьшить количество медресе по России или преобразовать их в особые образовательные центры, специализирующиеся по определенным направлениям. В этом случае рядовые медресе готовили бы имамов и проповедников среднего уровня, а будущие арабисты или хафизы получали образование в этих специализированных центрах 12.

Кроме того, на протяжении нескольких лет мы ведем речь о необходимости вертикальной интеграции по линии мектеб — медресе — университет, когда лучшие выпускники имеют возможность продолжить обучение в вузе со 2–3 го курса. В связи с этим неоднократно подчеркивалось, что в поддержке со стороны государства нуждаются не только вузы, но и медресе как не менее важное звено образовательной цепочки. Отрадно, что эти предложения нашли свое отражение в федеральной комплексной программе содействия развитию сферы религиозного образования России, в соответствии с которой 30 ведущих медресе России будут выделены средства на разработку учебных материалов и пособий, приобретение оборудования. Однако одной лишь помощью государства мы не сможем обойтись, ведь государственное участие в соответствии с конституцией не предполагает внесение системных преобразований, изменение самой структуры среднего образования, оно концентрируется на проблеме учебно-методического обеспечения. Мусульманскому сообществу необходимо определить для себя пути развития среднего исламского образования на краткосрочную и долгосрочную перспективу.

Наиболее острой и требующей немедленно решения проблемой для нас является противоречие между нехваткой кадров для служения в мечети и нежеланием выпускников медресе закрывать эту нехватку. В статье «К единству учебного пространства!», о которой упоминалось выше, уже пять лет назад нами был предложен выход из ситуации, и мы вынуждены повторить его: медресе следует специализироваться на людях более старшего возраста, которые уже отслужили в армии, наладили свой быт в местах своего проживания. В этом случае медресе станут готовить работников именно для той социальной среды, которая в них особенно нуждается — прежде всего сельских имамов и преподавателей Ислама на селе. Соответственно снимутся проблемы невостребованности выпускников, непризнаваемости диплома со стороны государства, отсрочки от армии и т. д. Наконец, возрастет престиж медресе, поскольку именно работа с рядовыми мусульманами является нашей ключевой задачей, воплощать которую в жизнь должны сельские имамы. К счастью, работа на вечерних и заочных отделениях медресе поставлена гораздо более широко, нежели на дневных, то есть наши предложения реализуются. А для усиления эффективности этого подхода мы рекомендуем духовным управлениям мусульман не ждать, когда в деревне, имеющей мечеть без имама, некто изъявит желание поехать учиться в медресе и возглавить общину. Нужно самим ездить в деревни встречаться с населением и проводить среди него профориентационную работу, будь это даже население старшего возраста.

Что до проблемы трудоустройства молодых шакирдов медресе, на наш взгляд, необходимо, во первых, разработать механизм состыковки общин, нуждающихся в имамах и учебных заведений. Мусульманские общины в городах нередко имеют возможности и желание пригласить к себе молодого имама с образованием. Нужно сделать так, чтобы председатели этих общин знали, куда обратиться по этому вопросу, и имели возможность на конкурсной основе (а не на основе кумовства или случая) отобрать наилучшего кандидата. Это будет дополнительный стимул для шакирдов проявлять усердие в учебе.

Кроме этого, желательно наладить мониторинг трудоустройства выпускников с тем, чтобы иметь более объективные данные о том, в каких специалистах нуждается умма. Ведь и на рынке труда спрос рождает предложение, и если из 10 выпускников медресе трое устроятся на работу учителями, трое станут заниматься продажей мелкой исламской атрибутики, трое вообще уйдут в другие сферы деятельности, а один станет имамом — это уже основа для анализа какого рода специальности востребованы сегодня в мусульманской общине.

Это то, что касается краткосрочной перспективы. В долгосрочной же перспективе село как институт будет уходить, городское население увеличиваться, а требования к образованию и интеллектуальному уровню имамов лишь возрастать. Чтобы адекватно ответить на веления времени в будущем, нам уже сегодня нужно озаботиться внедрением программы подготовки «Имам +». Но не «имам + водитель» и не «имам + слесарь», а имам с дополнительной специализацией «издательское дело», «информационные технологии», «филология», «общественные коммуникации» и т. д. Сконцентрируемся на развитии нескольких медресе (предположим, десяти) до очень высокого уровня, каждое из которых будет иметь свою специализацию. В этом нам очень пригодится опыт государственной программы отбора и развития отдельных учебных заведений, о которой сказано выше 13.

1 Основные направления мусульманского образования в современных условиях. Ислам на пороге третьего тысячелетия. — Материалы научной конференции и II областного практического семинара «Рухи Мирас». — Н. Новгород, 2002. — С. 98–101.

2 О перспективах развития исламского образования в России. Исламское образование в России: проблемы современности: Материалы научно-практического семинара, 29 октября 2004 г. — Н. Новгород, 2005. — С. 35–43.

3 Мухаметшин Р. Система мусульманского образования в постсоветском Татарстане. — http://www.archipelag.ru/authors/muhametchin/?library=1228.

4 Интерьвью А. Магомедова РИА «Дагестан». 11.06.2008 г.

5 Медресе. Ислам на Нижегородчине: энциклопедический словарь / Коллект. автор; сост. и отв. редактор — Д. В. Мухетдинов. — Н. Новгород: Издательский дом «Медина», 2007. — 210 с., ил. — (Ислам в Российской Федерации; Вып. 1). Главный редактор серии «Ислам в Российской Федерации». Д. В. Мухетдинов.

6 Опыт и перспективы подготовки конкурентоспособной мусульманской элиты в России. Реформы образования: татары Нижегородчины и мусульманский мир России: Сборник работ и статей по исламскому образованию. Сост. и отв. редактор Д. В. Мухетдинов. — Н. Новгород; Издательский дом «Медина», 2007. — С. 179–198. 232 c.

7 Речь идет о предыдущих годах, когда абитуриенты зачислялись в вузы по результатам экзаменов в самом заведении, а не ЕГЭ.

8 Система российского исламского образования: пути развития. Сборник краеведческих материалов к пятилетию ежегодного научно-практического семинара «Рухи мирас» («Духовное наследие»): «Религиозное образование Волжско-Сурского региона: исторический опыт, современное состояние, перспективы развития» / ДУМНО, РНКАТНО, НИИ им. Х. Фаизханова; под общ. ред. Д. В. Мухетдинова. — Нижний Новгород: Издательский дом «Медина», 2008. — С. 150–155. 216 с.

9 http://www.muhammadiya.ru/news/2009—04—26—70.

10 http://www.e islam.ru/news/?ID=2025.

11 http://vecherka.su/katalogizdaniy/?id=26037.

12 Мухетдинов Д. К единству учебного пространства! // Минарет. — 2004. — № 3 (003).

13 Поддержка имамов и общин со стороны государства // Рамазановские чтения: Сб. ст. — Н. Новгород, 2006. — С. 182–185.



Контактная информация

Об издательстве

Условия копирования

Информационные партнеры

www.dumrf.ru | Мусульмане России Ислам в Российской Федерации islamsng.com www.miu.su | Московский исламский институт
При использовании материалов ссылка на сайт www.idmedina.ru обязательна
© 2020 Издательский дом «Медина»
закрыть

Уважаемые читатели!

В связи с плановыми техническими работами наш сайт будет недоступен с 16:00 20 мая до 16:00 21 мая. Приносим свои извинения за временные неудобства.