Издательский дом «Медина»
Поиск rss Написать нам
Главная » Газета «Медина аль-Ислам»
Медина аль-Ислам №134 — Хадж – это не только таваф и сай
23.11.2012


 

В те годы…

Одним из главных фонов завоевания независимости республик бывшего СССР стала религиозная свобода. Как ранее отмечал автор, с рушением Советского Союза религиозный акцент на постсоветском пространстве оказался не просто явственно слышимым, но и занял важнейшую нишу в политико­социальном плане. В качестве подтверждения этой мысли обычно приводят те или иные цифровые показатели: количество построенных (отреставрированных) церквей, синагог и мечетей; приблизительное число людей, посещающих Дома Божьи в дни важнейших с религиозной точки зрения дат; увеличение желающих совершить паломничество в важнейшие места поклонения.

В этом контексте «доступ» к хаджу — важнейший аспект создания государством условий для верующего по исполнению одного из пяти основных столпов Ислама. Но разве хадж — это только путь в Мекку, к величественной Каабе?

Декан Бакинского Исламского университета, сотрудник Управления мусульман Кавказа (УМК), известный азербайджанский теолог Фуад Нуруллах убежден, что в формате хаджа ракурс Пути несет значительно более широкий оттенок. Дело тут не просто в духовном сопровождении физического достижения святых для любого мусульманина мест. Хадж, как и намаз, позволяет человеку размышлять. Иногда оставаясь наедине с Аллахом, а нередко и в джамаате, во время многочасовых бесед, коих всегда неимоверно много в период паломничества.

По этой причине Фуад­муаллим, многократно сопровождавший группы азербайджанских паломников в Саудовскую Аравию, оценивает возможность совершения верующими хаджа как значительнейший фон сегодняшних азербайджанских реалий. Говоря об этом, он проводит параллель с советским периодом жизни азербайджанских верующих, когда люди вынуждены были скрывать соблюдение ими постулатов Всевышнего. Но если при этом верующие могли совершать намаз в домашних условиях, дорога к предписанному Аллахом хаджу, даже при значительных материальных возможностях, была практически закрытой.

Да и не могло быть по­другому, если о религии в СССР практически не говорилось открыто. А когда какие­то разговоры на эту тему велись вслух, то исключительно с отрицательным оттенком. Но демонстрация мировому сообществу советской идеологической машиной фактора свободы волеизъявления в социалистической стране была необходима. Поэтому паломничество в Мекку ежегодно осуществлялось — централизованно и через центр, т. е. Москву. Но если в состав формировавшихся в соответствующих серьезных ведомствах групп включалось немалое количество лиц из Средней Азии, Азербайджану выделялась самая мизерная квота.

Ф. Нуруллах называет такое положение в те времена совершенно неудивительным, так как Кремль постоянно опасался распространения идеи «пантюркизма», в связи с чем Москва не была заинтересована в особых контактах азербайджанцев и турок. С другой стороны, с XIX века Азербайджан оказался поделенным между Россией и Ираном, поэтому многих ближайших родственников разделила государственная граница, находившаяся под массивнейшим замком. А вдруг советские азербайджанцы могли во время хаджа встретиться со своими родственниками, иранскими азербайджанцами? Мало ли, какие разговоры стали бы вестись между ними.

По этим и другим причинам выезд из республики Азербайджан на хадж был ограничен.

Начало 1990‑х годов

В постсоветский период с обретением республиками независимости ситуация с религией, и в частности — с паломничеством, стала меняться. Начался этап формирования групп азербайджанских паломников самостоятельно, без оглядки на Москву. В начале 1990‑х годов, вспоминает Ф. Нуруллах, Управление мусульман Кавказа (УМК), до 1992 года именовавшееся Духовным управлением мусульман Закавказья (ДУМЗак), впервые приступило к отправке верующих в хадж собственными силами. Поэтому первоначально число отправляемых было небольшим, их количественный состав варьировался от 50 до 60 человек, но с каждым годом число паломников увеличивалось.

В тот период направлявшиеся из Азербайджана в Мекку ездили, будучи включенными в состав иранских или турецких паломников. Таким образом, как говорит Фуад­хаджи, возглавлявшие азербайджанские группы представители ДУМК набирались опыта. Все мечтали в скором времени перейти к самостоятельной организации хаджа. Но кроме решения оргвопросов, подразумевавших и финансирование хаджа, Азербайджан должен был получить дипломатическое признание своей независимости. Этот нюанс вскоре оказался реализованным, к тому же государство стало членом весомых международных структур.

Так что спустя всего несколько лет Азербайджан приступил к самостоятельному осуществлению паломничества. Правда, еще не функционировали «собственные» авиалинии, не было в нужном количестве комфортабельных автобусов. Но дело продвигалось, и через небольшой временной отрезок граждане Азербайджана уже могли выбирать транспорт, на котором им было возможно попасть в Саудовскую Аравию.

Непосредственно автобусный маршрут нес­­‑
­коль­ко раз претерпевал изменения, что было связано с геополитическими изменениями в мире. Если изначально путь пролегал (в том числе) через Ирак, то обострение ситуации вокруг Багдада привело к проведению маршрута по линии Иран–Сирия–Иордания–Саудовская Аравия. В некоторых случаях вместо двух первых стран фигурировали Грузия и Турция.

Параллельно перенимался положительный опыт по организации пребывания азербайджанских паломников в стране: по доставке членов группы в Мину, Муздалифу, решению вопросов с питанием, врачебной помощью и т. д. Осуществление хаджа, фиксирует Фуад муаллим, совсем непростое действо. Это довольно значимая физическая нагрузка. В общем­то, раскрывает он, выдержать его, быть может, и не так сложно, но ведь паломник испытывает в период хаджа огромнейшее духовное напряжение. А оно вполне очевидно накладывается на физическое состояние человека. Именно поэтому в УМК было принято решение включать в состав паломников врачей.

С каждым годом число желающих совершить хадж увеличивалось, росло и количество врачей. Хотя нередко среди людей, совершавших хадж, оказывались и врачи, тогда дополнительные медики не привлекались.

Сегодня

На сегодня ситуация с организацией УМК хаджа, констатирует Ф. Нуруллах, изменилась коренным образом. Во‑первых, пару лет назад число азербайджанских паломников достигало от 5 до 6 тысяч человек. Но при этом многие взяли за правило осуществлять паломничество ежегодно. Фуад­муаллим с сожалением признает, что некоторые из них уже выезжали в Саудовскую Аравию исключительно в целях наживы, для осуществления торговых операций. Да, бизнес во время хаджа не запрещен, но если основной целью паломника становится только фактор дохода, то смысл хаджа исчезает.

Прошлогодняя квота была определена в 2 тыс. человек в год. Но желающих оказалось больше, поэтому на 2012 год число мест расширено до 2400. Ф. Нуруллах уверен, что то, что на хадж существует очередь, может быть, и не плохо, так как это формирует у верующих чувство ответственности. Для некоторых хадж стал как бы модой, и у них пропал пиетет перед данным шагом. Уж слишком спокойно ряд лиц относятся к паломничеству. А очередь позволит напомнить о важности шага. Тогда человек будет жить мыслью о предстоящем через год или два хадже как об осуществлении одной из важнейших жизненных целей.

Вместе с тем, с нынешнего года УМК обеспечивает доставку паломников в Саудовскую Аравию исключительно посредством самолетов. Нестабильная ситуация в Сирии не позволяет рисковать жизнями людей, поэтому принято решение отправлять верующих на хадж воздушным путем.

Конечно, на сегодня условия нахождения азербайджанцев в Мекке и Медине несравнимы с первыми годами паломничества. Элементарно, в настоящее время в распоряжении паломников уже несколько гостиниц, где заселены только хаджи из Азербайджана. Они полностью обеспечиваются питанием (шведский стол), причем с функционированием привычной кухни; в течение всех дней пребывания могут без отдельной оплаты пить чай.

Правда, с нынешнего года в соответствие с нормами принимающей стороны (Саудовская Аравия) в состав азербайджанских паломников не могут включаться азербайджанцы — граждане других государств. В предшествующие годы многие россияне, родившиеся в Азербайджане, без проблем осуществляли хадж в составе азербайджанской группы. С 2012 года это уже невозможно. Однако данный запрет не распространяется на азербайджанцев — граждан Грузии.

Не только таваф и сай

В то же время, Ф. Нуруллах затронул другие актуальнейшие моменты, напрямую не связанные с организационными вопросами. По его словам, большинство паломников испытывают в Мекке и Медине неописуемые доселе ощущения. Хаджи будто остается один на один с Всевышним. И здесь уже нет места лицемерию или игре — ты видим Аллахом, слышим Им, просишь у Него прощения, излагаешь свои просьбы. Т. е. здесь превалирует духовный момент. Поэтому руководители групп стараются создать такие условия, чтобы паломник не ощущал физического напряжения.

С другой стороны, хадж — это познание мира. Люди, прибывшие практически со всех стран планеты, знакомятся друг с другом, заводят новые знакомства, нередко переходящие в настоящую дружбу. Ф. Нуруллах отмечает, что сегодня уже никого не удивляет интерес, проявляемый к хаджи из Азербайджана. Наименование государства на устах у многих. Поэтому немало людей, самостоятельно пытающихся получить больше сведений о республике.

Другой тонкий момент — постоянный намаз в джамаате. Черные и белые, светлые и темные, мужчины и женщины, люди с различными чертами, разрезом глаз и строением тела. Все поклоняются единому Аллаху в идентичной форме, произнося идентичные тексты. Тем самым паломник видит и ощущает силу Ислама. Духовную.

Сунниты и шииты рядом. Никаких противоречий. Ф. Нуруллах говорит, что мировые СМИ всегда трезвонят о шиито­суннитском противостоянии. Пусть они посетят палатки с азербайджанскими паломниками. Все молятся рядом друг с другом. Никаких обособлений. Совместные беседы и трапеза. Сомнения. Надежды. И совершенно одинаковый ихрам у всех. Отсюда понимание: единство — в нашем равенстве перед Аллахом. Вне зависимости от того, кто и как держит руки при молитве.

Аналогичное понимание формируется также во время единого осуществления намаза при тавафе. Здесь забывается принадлежность к мазхабам, не думается о том, кто и за кем молится. Потому что сердце верующего «занято» его искренней молитвой, дуа, помыслами о Божественном в земной жизни. И многим другим, что делает нашу жизнь светлее и чище.

Остается надеяться, заключает Фуад­муаллим, что хаджи постараются соблюдать такое же понимание жизненной ситуации по возвращении в родные места! ИншаАллах!

Теймур АТАЕВ ,
Азербайджан



Контактная информация

Об издательстве

Условия копирования

Информационные партнеры

www.dumrf.ru | Мусульмане России Ислам в Российской Федерации islamsng.com www.miu.su | Московский исламский институт
При использовании материалов ссылка на сайт www.idmedina.ru обязательна
© 2019 Издательский дом «Медина»
закрыть

Уважаемые читатели!

В связи с плановыми техническими работами наш сайт будет недоступен с 16:00 20 мая до 16:00 21 мая. Приносим свои извинения за временные неудобства.