Издательский дом «Медина»
Поиск rss Написать нам
Главная » Газета «Медина аль-Ислам»
Медина аль-Ислам №119 — Куда плывет корабль-Татарстан?
12.08.2011

Идеи правят миром

Катастрофа теплохода «Булгария», приведшая к гибели более ста человек, заслонила все события прошедшего лета. Пока трудно проследить ее политические последствия, но лидер национал-радикалов Фаузия Байрамова уже обмолвилась о крахе «татарстанской модели». Это заявление не соответствует реальности, так как в республике сохраняется гражданский мир и трагедия сплотила, а не разделила татарстанцев. Удар, несомненно, нанесен по имиджу региона, где происходят «только положительные события». Однако от беды не оказалось гарантий даже у суперреспектабельной Норвегии.

Лидеры Татарстана в последнее двадцатилетие, несомненно, стремились дистанцироваться от образа «второй Чечни», как называли республику многие федеральные СМИ в начале 1990‑х гг. Тогда борьба за статус республики сосредоточилась на сборе подписей, голосовании и мирных акциях, за исключением ряда действий национал-радикалов типа Фаузии Байрамовой. В последние годы лепился образ спортивной Казани с ее суперклубами в лице «Рубина», «Ак Барса», УНИКСа, города, где Универсиада‑2013 должна смениться чемпионатом мира по водным видам спорта‑2015 и чемпионатом мира по футболу‑2018. Все это выглядит абсолютно позитивно, но «город Казань на крови стоит», как говорится в старинной русской песне.

За красивым внешним фасадом стал забываться город высшего образования, промышленности, центр политики и культуры, город студенческой юности Толстого и Ленина, научной зрелости Лобачевского, Зинина и Бутлерова и еще многих выдающихся ученых в самых разных отраслях. Заявленный в качестве туристического бренда лозунг «Казань — третья столица России» напомнил о былых временах восточной столицы государства Российского. К сожалению, деньги и статус пришли в мой город в те времена, когда ушло из жизни поколение, помнившее выдающиеся дни Казани начала века прошлого. Потом был советский террор, растянувшийся на треть столетия. А следующие поколения стремились покинуть провинциальную послевоенную Казань. В городе в советские годы исчезли традиции религиозного образования.

В итоге в Казани к 1990‑м не оказалось ни профессоров богословия, ни буржуазии, почти отсутствовали знающие языки Запада и Востока гуманитарии. Взамен роль национальных и религиозных деятелей (неимамов) была предписана комсомольским и партийным работникам, специалистам по истории КПСС и научному атеизму, лояльным режиму литераторам. Они позаботились о соответствующей им смене. Итог очевиден. За 20 лет джадидской эпохи мы получили Садри Максуди в политике, Гаяза Исхаки — в прозе, Габдуллу Тукая — в поэзии, Газиза Губайдуллина — в науке. И, может быть, самое важное: таких богословов, как Риза Фахредин, Муса Биги, Зия Камали, десятки улемов и авторов учебников. Благодаря им настал «золотой век» татарской культуры и было до минимума сокращено любое иностранное идеологическое влияние. А что мы получили от очень милых персонажей советской эпохи? О влиянии ваххабитов в Закамье говорят уже студенты на занятиях. В настоящее время идеологическое противостояние сводится к арестам, запретам литературы, выговорам, смещениям с должностей. Но можно ли в эпоху Интернета победить идеи путем административных мер? Нельзя не согласиться с неоднократно высказанным мнением президента Дмитрия Медведева, что идеи можно побеждать идеями, но для этого нужны не начетчики, а специалисты.

Развивая экономику

По федеральному закону, принятому перед Новым годом, в 2015‑м в России останется только один президент — федеральный. Не случайно в выпусках «Первого канала» о «Булгарии» Рустама Минниханова называли «главой Республики Татарстан». Тем самым региональные лидеры рассматриваются как главы исполнительной власти субъектов федерации, а не как главы государств (как указывалось в конституциях российских республик, принятых в 1990‑е гг.). Соответственно они прежде всего отвечают за сферу экономическую. Здесь у Татарстана традиционно дефицитный бюджет. Он вызван возвращением с 2000‑х гг. доходов от налога на добычу природных ископаемых (НДПИ, то есть доходов от нефти РТ) в федеральный бюджет. В целом по России доля государства в экономике составляет 50%, а с учетом налогов и платежей, возвращаемых бизнесом, доходит, по некоторым оценкам, до 70%. Поэтому Татарстан стремится получить как можно больше федеральных и международных мероприятий: ведь на них выделяются средства из федерального бюджета. Чемпионаты приходят и уходят, а Казани остаются дороги, объекты спортивные и жилищные. В итоге направления развития сама республика не определяет, а число чиновников растет. Строительный комплекс Казани концентрируется на спортивных объектах, и вместо домов по ипотеке будут возводиться доходные дома, где квартиры не перейдут в собственность жильцов.

С падением производства в аэрокосмической промышленности в 1990‑е нефтехимия заменила машиностроение в качестве основной перерабатывающей отрасли Татарстана. При этом Башкортостану и Татарстану не хватает сырья в виде попутного газа. Президенты Рустэм Хамитов и Рустам Минниханов обратились в федеральный центр с предложением о восстановлении старого или строительстве нового продуктопровода, соединяющего Сибирь с Волго-Уральским регионом. Однако руководство Сибура заявило, что не откажется от планов строительства продуктопровода через северные регионы на Балтику. После пуска Нижнекамского нефтеперерабатывающего завода (ННПЗ, принадлежит татарстанской кампании «ТАИФ-НК») из-за роста таможенных пошлин на нефтепродукты и соответственно сроков окупаемости проекта отложены планы строительства второго нефтеперерабатывающего завода.

Впрочем, власти Татарстана не сокращают степень контроля над региональной экономикой. Рустам Минниханов сохранил посты председателя совета директоров ОАО «Татнефть» и ОАО «Татнефтехиминвест холдинг», являющегося координационно-экспертным центром для предприятий нефтегазохимической отрасли. Тем самым в отличие от Башкортостана властям Татарстана удается сохранить координацию между ключевыми предприятиями по нефтедобыче и нефтепереработке. Именно в этом многие видят залог самостоятельности республики, последней из российских регионов, сохранивших упоминание о суверенитете в своей неоднократно переписанной конституции.

Казань стремится превратиться в один из центров российской модернизации. Отсюда идут идеи о развитии Казанского (Приволжского) федерального университета, двух национальных исследовательских университетов, технопарков, нанотехнологий, электронного правительства и создания логистического центра. Власти республики стремятся использовать географическое положении города. Здесь идущая от столицы прямо на восток железнодорожная магистраль Москва—Екатеринбург пересекает Волгу, через город проходит шоссе Западная Европа—Западный Китай. В Казани наконец-то должен появиться аэропорт международного класса, связанный скоростной линией с железнодорожным вокзалом. В случае строительства железнодорожной магистрали Москва—Екатеринбург для Казани откроется скоростной выход к транспортным сетям Урала и азиатской части России и СНГ.

Эти планы развития транспорта связаны с идеей превращения Казани в российский центр исламской экономики. Это предполагает строительство в пригороде распределительного центра (хаба) халяль-продукции, развитие исламского банкинга, бизнес-центров, обучение стандартам экономики исламских стран. В поисках примеров для развития татарстанские чиновники во главе с президентом Рустамом Миннихановым зачастили в Сингапур и Малайзию. Последняя является образцом консервативной модернизации в мусульманской стране со значительным инорелигиозным меньшинством.

Создание с 1 июля Единого экономического пространства и Таможенного союза, строительство евразийского шоссе, соединяющего, в частности, Казань и Астану, должны интенсифицировать традиционные контакты татар и казахов. Астана открывает в Казани торговое представительство. Связи Казани с Анкарой и ориентация на проевропейскую кемалистскую модель все больше уходят в прошлое. Нестабильность в арабском мире, кажется, подтверждает логичность такого выбора властей. Только как к этому отнесутся городская интеллигенция и благочестивый мусульманский средний класс? После распада СССР прошло 20 лет, но в Татарстане так и не произошла политическая реформа и им управляют люди из мира советской автономии. Но «мельница господня мелет медленно, но верно». Возможно для дэрдмендовского «ил-кораб» (страны-корабля) действительно приближается время выбора. Будем надеяться, что оно не потребует жертвоприношения, подобно произошедшему на «Булгарии». Ведь обошлись же без него 20 лет назад.

Айдар Хабутдинов,
доктор исторических наук



Контактная информация

Об издательстве

Условия копирования

Информационные партнеры

www.dumrf.ru | Мусульмане России Ислам в Российской Федерации islamsng.com www.miu.su | Московский исламский институт
При использовании материалов ссылка на сайт www.idmedina.ru обязательна
© 2019 Издательский дом «Медина»
закрыть

Уважаемые читатели!

В связи с плановыми техническими работами наш сайт будет недоступен с 16:00 20 мая до 16:00 21 мая. Приносим свои извинения за временные неудобства.